Сергей Тарута: Нынешняя люстрация — большая глупость

Utopia

Экс-глава Донецкой обладминистрации Сергей Тарута рассказал Фокусу о том, почему не сработался с Петром Порошенко и что нужно сделать, чтобы Донбасс зажил мирной жизнью

Татьяна Селезнева — 28.10.14 5809

Вы постоянный участник рейтингов самых богатых людей Украины. Ваши бизнес-активы сосредоточены в Донбассе. Какие потери вы понесли с началом войны?

— Сосчитать на самом деле очень легко. Возьмите любой последний рейтинг и всё это перечеркните.

Когда вас назначили главой ОГА, вы говорили, что обстановка в области находится под вашим контролем. По факту пророссийские боевики взяли под контроль большую часть Донбасса, вы бежали из Донецка сначала в Киев, потом возвратились в Мариуполь. Что пошло не так?

— Под контролем была протестная ситуация. А граница не входила в зону моей ответственности. «Зелёные человечки», боевики, танки, «Грады» — это не проблема губернатора. Надо было закрывать границу.

Ваше увольнение с поста главы Донецкой облгосадминистрации связывают с письмом, которое вы написали Путину в день его рождения. Российскому президенту вы желаете мудрости остановить войну в Донбассе. Неужели это и есть реальная причина вашей отставки?

— Я просто неудобен власти, потому что был единственным губернатором, который публично критиковал её, высказывал своё мнение. Оно, впрочем, не учитывалось при принятии решений. В бизнесе, к примеру, я не привык, чтобы кто-то принимал решения, не обсуждая их с командой. Если у президента команда — это губернаторы, то он обязан согласовывать свои решения, консультироваться, потому что они лучше знают проблемы регионов и настроения людей.

Губернаторы могут подсказать и показать гораздо больше, чем видно из кресла в Администрации. Та же проблема была с премьером Арсением Яценюком, когда он игнорировал все наши предложения по изменению нормативных и законодательных актов. Вообще, Донбассом в правительстве никто не занимался кроме Гройсмана (вице-премьер-министр — министр регионального развития, строительства и ЖКХ. — Фокус). К тому же в нашем Кабмине впервые нет вице-премьера по вопросам промышленности. Наша жизнь связана с экономикой, а экономикой никто не занимался!

Естественно, по этому поводу приходилось высказывать много резких суждений в адрес правительства. Кроме того, я принял решение идти в парламент, а это несовместимо с ролью губернатора. Так что решение о моей отставке было предсказуемым.

Вместо вас главой Донецкой ОГА назначили Александра Кихтенко — военного в звании генерала армии. Как вы оцениваете такое решение Петра Порошенко?

— Я не знаю, чем продиктован выбор президента, но уважаю его решение. Хотя губернатор — это человек-хозяйственник, а не военачальник. Тем более что здесь (в Донецкой обл. — Фокус) военных и так очень много. Так что ставка на военных мне непонятна. Это лишь подтверждает тот факт, что президент не понимает, чем сегодня на своём посту занимается губернатор, — он точно не командует военными, они ему не подчиняются. Глава ОГА должен заниматься вопросами управления, экономикой, обеспечивать проведение выборов.

Мне бы хотелось, чтобы генерал был успешным и последовательным в отношении того, что здесь уже делалось. Команду, работающую сейчас в обладминистрации, считаю эффективной. Правда, теперь поднимается вопрос люстрации, которая коснётся не только тех, кто был как-то задействованных в команде Януковича, но и тех, кто вообще его не знал, а профессионально работал с 2010-го по 2014 год.

До 2010-го, правда, в стране также было огромное количество коррупционеров и нечестных судей, хотя мы их почему-то не наказываем. Нынешняя люстрация — большая глупость, потому что пострадает много профессиональных людей в областной системе управления. Если Кихтенко попытается кому-то поставить подножку, будет шквал критики в его адрес.

Мало конкретики

Какая сейчас обстановка в Мариуполе?

— Практически ежедневно обстреливают прилегающие к городу посёлки. Стреляют со стороны Коминтерново (Новоазовский район. — Фокус), о чём миссия ОБСЕ уже предоставила полную информацию. В Коминтерново сейчас находятся как боевики, так и российские солдаты. Реального перемирия нет.

Что мешает добиться реального перемирия?

— Минские договорённости были расплывчатыми, поэтому исполнение подписанных в Беларуси документов такое же. Боевики, например, не стесняются и публично звонят по каждому вопросу в Россию. Были у нас здесь учёные, которые общались с так называемым «министром образования» самопровозглашённой «ДНР», так он через каждые пять минут говорил: «Подождите, я позвоню в Москву!» Никто из них не скрывает, что все инструкции так называемые республики и их псевдоруководители получают в Москве. Именно оттуда должна поступить команда о прекращении огня.

Бои за донецкий аэропорт продолжаются, гибнут солдаты. Насколько, по-вашему, важен этот объект для украинской стороны?

— Аэропорт — это символ. Бои там идут с 26 мая. Именно здесь украинские военные продемонстрировали силу духа и профессионализм. Так что когда говорят, что наша армия не способна воевать, что у нас мало сил и поэтому мы якобы начали мирный процесс, это неправда. Переговорный процесс должен быть постоянным, как раз бои за аэропорт доказывают эффективность нашей армии — мы меньшей численностью, но зато преданностью и профессионализмом можем уничтожать большие силы врага. При захвате аэропорта погибло, наверное, не менее тысячи боевиков. Наши ребята отбили все атаки. Они действительно герои.

Уже несколько недель в прессе муссируется тема о том, что власть собирается отдать донецкий аэропорт боевикам в обмен на территории под Новоазовском, которые сейчас контролируются российскими войсками. Что вы знаете о переговорах по обмену территориями с боевиками?

— Такие переговоры, к сожалению, ведутся. Информацию, которую озвучил по этому поводу Антон Геращенко (советник министра внутренних дел. — Фокус), я подтверждаю. Но если мы говорим, что границы Украины являются незыблемыми, нет смысла дискутировать на тему какого-то обмена.

  • Читайте также: Каха Бендукидзе: Украина заплатит высокую цену за нежелание проводить реформы

Всё внимание широкого переговорного процесса мы должны сосредоточить именно на вопросе закрытия границы. Закроем её — все проблемы решим за 2-3 недели. Я бы не занимался переговорами по поводу обмена территориями, потому что мы тем самым соглашаемся на внутренний замороженный конфликт, а это раковая опухоль, которая будет поглощать всю страну. И никакая «химиотерапия» не поможет выздороветь. Должна быть чёткая однозначная позиция: граница — это святое и незыблемое. Все остальные вопросы решаются автоматически.

Из всех переговорных пунктов я бы оставил только два: граница и обмен пленными. Возможно, ещё амнистию бы оставил, но лишь в том случае, если границу закроют.

Что вы думаете о так называемом особом статусе Донбасса, который на днях вступил в силу?

— Никакого особого статуса нет. Была договорённость, что начнётся разоружение, будет амнистия. Но здесь, в Донецкой и Луганской областях, никто не собирается разоружаться. К примеру, Игорь Коломойский ещё в мае заявлял, что даёт 10 тысяч долларов за сдачу оружия боевиками, но у меня нет статистики, сколько таких добровольцев было. Ни одно из условий этого закона («Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей». — Фокус) боевиками выполняться не будет. Это ещё раз подтверждает тот факт, что переговоры в Минске были некачественными.

Закон об особом статусе Донбасса расплывчатый, непродуманный и сегодня полностью дискредитирован. Думаю, что все последующие договорённости должны быть конкретнее, чётче по срокам и обязательны к исполнению.

Почему вы были против проведения выборов в Раду?

— Я был против них, пока не закончится конфликт. Потому что выборы сейчас раскалывают общество — мы не консолидируемся, а создаём ещё больше очагов напряжённости. Зачем выборы, если все необходимые законы — антикоррупционные, о люстрации — Рада принимает? Что мешает внедрять этим же составом парламента остальные реформы? Ничего.

  • Читайте также: Егор Соболев: Закон о люстрации выполняться не будет

Новая Верховная Рада будет хуже, она будет более радикальной и популистской. И всё же выборы в Донбассе будут. Мы надеемся, что в Донецкой области они пройдут в 12 округах из 21. В Луганской области ситуация с организацией выборов, конечно, намного печальнее.

http://focus.ua/country/318321/