Командир «Азова» Андрей Билецкий: У националистов на фронте произошла эволюция взглядов

Utopia

Знаменитый комбат и кандидат по 217-ому округу – об участии в выборах, функциях народного депутата, борьбе с системой, молодежном правом движении, советском народе, новой Киевской Руси, настоящем народовластии и победе в войне

Милан Лелич — 23.10.14 26947

Андрей Билецкий стал известен всей стране в качестве командира добровольческого батальона «Азов», на счету которого несколько успешных операций, в первую очередь – освобождение Мариуполя от сепаратистов в начале мая и последующая оборона города с конца августа. В середине сентября батальон разросся до полка, а Билецкий, на тот момент уже подполковник милиции, зарегистрировался кандидатом в нардепы по столичному округу №217 (Оболонь) как самовыдвиженец.

Это не первый опыт участия Билецкого в политике – с 2005-го он возглавляет ультраправую организацию «Патриот Украины» («ПУ»), чья официальная идеология обозначена как социал-национализм. В 2011 году против «ПУ» начались репрессии, Билецкий более двух лет провел за решеткой, освободившись после победы Майдана. Организовал и возглавил «Азов», а сейчас передал оперативное руководство младшим побратимам и занялся предвыборной агитацией.

Программа Билецкого поражает лаконичностью и состоит всего из трех предложений: «Сильна нація! Чесна влада! Могутня держава!»

Почему вы решили идти в депутаты?

К большому сожалению, одного лишь фронта и боевых действий недостаточно для окончательной победы. Наша боеспособность носит военно-политический характер, и победы на фронте нивелируются неправильными шагами в Киеве. Потому я и хочу приблизить наш общий успех в войне, но уже со стороны тыла, из Верховной Рады.

Как именно?

Во-первых, я буду не один. Я верю в победу нескольких моих ребят-азовцев на мажоритарных округах, также в Раду точно пройдут некоторые комбаты, волонтеры, эксперты и прочие тесно связанные с войной люди. К сожалению, нам не удалось создать общую политическую или идеологическую платформу до выборов, но война была у нас на первом месте, для остального просто не оставалось времени.

Уже после выборов межфракционное объединение будет создано, и оно будет отстаивать вопросы обеспечения фронта. 

Что будете делать лично вы?

Свою место и место моих соратников я вижу в парламентском комитете по обороне. Мы будем заниматься реформой армии и всех вооруженных образований, реорганизация тыла и т.д. Кроме того, парламентский комитет имеет полномочия по контролю над соблюдением законодательства в своей профильной сфере, в нашем случае – в сфере обороны.

Кто эффективнее: комбат Билецкий или депутат Билецкий?

В армию я пришел с нулевым военным образованием. И мой батальон, батальон любителей, стал одним из самых профессиональных на фронте. Я думаю, если я смог проявить свои организаторские способности на фронте, я смогу проявить их и в парламенте и разобраться в законотворческой деятельности.

Если вы станете депутатом, вы полностью переключитесь на депутатскую работу?

Нет, не буду обманывать, в случае избрания я вижу себя так называемым депутатом-совместителем, от командования полком я не отойду. Но полк – это единица совершенно другого уровня и принципы командования там другие. Я сейчас понемногу перекладываю функции управления на молодых побратимов, и их успехи меня очень радуют, ребята справляются на 100%.

Как вы будете совмещать командование полком «Азов» и выполнение функций депутата-мажоритарщика, в том виде, в котором их видит обычный избиратель: ремонт дорог, война с ЖЭКами и застройщиками, установка детских площадок, утепление домов на зиму и т.д.? 

Чтобы решать проблемы канализаций и лампочек, существуют коммунальные службы и депутаты местных уровней. За время кампании я уже успел провести встречи с тысячами жителей моего округа и могу сказать прямо: люди понимают, что 26 октября они в округе будут выбирать себе законотворца, а не дворника.

Я своим избирателям могу гарантировать одно: мы создадим сеть приемных по округу, и в рамках своих возможностей будем оказывать давление на коммунальные, социальные службы и местное самоуправление, с тем, чтобы они выполняли свои функции. Задача народного избранника – не установить побольше люков и вкрутить побольше лампочек.

Ваша программа из трех предложений – это не издевательство над избирателем?

Я не хотел заниматься тем, чем занимаются все: переписыванием программ друг у друга. Все равно эти программы никто даже не собирается выполнять. На самом деле, программа депутата-мажоритарщика обычно вообще абсурдна: она мало того что нечитабельна, так один-единый депутат без фракции вообще мало что может решить (например, когда обещает, что в случае его избрания Украина вступит в ЕС) и т.д. Потому я еще сократил свою программу до двух тезисов: обороноспособность армии и борьба с коррупцией. Корень любой проблемы, в том числе на фронте,– это коррупция.

Опытные в коррупционных делах политики не смогут использовать фронтовиков в своих интересах после выборов, как де-факто используют до них?

Я не такой оптимист, чтобы верить, что мы сможем объединить всех комбатов, которые пройдут в Раду. Но многих из тех, кто наверняка пройдет, я знаю лично. Они очень самостоятельные и самодостаточные люди, которые абсолютно наплевательски относятся к попыткам политиков привязать их к определенному партийному бренду и подобной мишуре. Я верю, что у них хватит силы воли и сознательности, чтобы создать свое небольшое объединение и продвигать свои идеи.

У нас даже есть первые наброски будущих законопроектов, которые касаются, например, тылового обеспечения. Моим ребятам из Азова не нужно повышать боевой дух какими-то концертами, их дух поднимется, если им привезут нормальную военную технику, а не старый хлам.

А вы пока воюете только хламом?

Как легкопехотное подразделение в плане стрелкового оружия мы обогнали даже многие армейские части. Но наше тяжелое вооружение – это один подаренный мне «Кугуар», скоро привезут еще один. До этого у нас был один подаренный волонтерами БРДМ, один подаренный волонтерами БТР и два трофейные российские БТРа плюс один легкобронированный тягач, переделанный в танк. Из артиллерии мы имеем только трофейные минометы, пушки 1943 года, несколько легких зенитно-ракетных установок, которые нам передали в последний момент, уже когда над Мариуполем нависла максимальная угроза.

Насколько налажена уже координация между Нацгвардией, вооруженными силами и добровольческими батальонами?

На нашем южном направлении образовался неплохой симбиоз, все благодаря горизонтальным связям между командирами. Что касается других участков фронта, мне судить сложно, но я слышал, что проблемы с координацией остаются. И я сейчас возлагаю большие надежды на нового министра обороны Степана Полторака.

Не все военные эксперты с вами согласны.

Я отвечу так: сравните вооружение стандартной бригады Нацгвардии, которой ранее руководил Полторак, и механизированной бригады ВСУ. С одной стороны мы увидим новые БТРы, новые «Кугуары» и «Спартаны», новые танки Т-80 с тепловизорами и прочим оснащением. А у ВСУ мы увидим хлам 60-х годов, которые сам выходит из строя чаще, чем подбивается противником. При том нельзя сказать, что Нацгвардию закормили деньгами, им выделено было примерно столько же, сколько и армии, но армейское руководство просто не нашло, на что их потратить. В военное-то время.

Новая система

Сейчас вы баллотируетесь в Верховную Раду. Парламент — это воплощение политической «системы». Вас же всегда знали как антисистемного деятеля. Вы поменяли свои взгляды на политику?

У многих националистов, находящихся на фронте, прошла значительная эволюция взглядов и подходов. Вы видели, насколько организованно и без происшествий прошел организованный нами марш УПА вечером 14 октября. Кстати, все это стоило нам от силы пару тысяч у.е.: на бензин, звук и билеты для наших ребят из Одессы, которые решили приехать к нам в Киев.

Так вот, правое движение в Украине сейчас довольно монолитно, все внутренние противоречия отошли на задний план, когда они получили возможность защищать свою страну. От молодых ребят я недавно услышал такую фразу: мы уже сами власть, как минимум, военная, и наше дело сейчас – конструктив, а не деструктив. И это сказали 20-летние пацаны.

Любая антисистема борется с какими-то принципами существующей системы, хочет стать системой других ценностей, а не оставаться антисистемой в принципе. Конечно, мы очень далеки от нашей идеальной Украины. Да, пока еще не все приняли постулат о том, что личное благо значительно менее значимо, чем благо всего народа, что отдать жизнь за свою Родину – это правильно. Но в сознании народа перелом уже произошел, тысячи добровольцев на фронте и волонтеров, которые им помогают, тому свидетельство.

Поход во власть, правильные законы, которые улучшат ситуацию на фронте – это конструктив. Если война не будет слишком яростной и не будет отнимать все наши силы, мы будем заниматься и работой в тылу. У нас есть планы по созданию массового молодежного движения, основанного на здоровом образе жизни, во всех смыслах этого понятия.

Это будет сугубо социальный проект?

Это будет внеполитический проект правого движения в Украине. Батальон «Азов» давно уже перерос организацию «Патриот Украины», а это движение перерастет батальон «Азов».

Оно будет всеохватывающим: от патриотического воспитания до огромного количества различных секций, спортивных и не только, исторических, военно-исторических клубов. У нас сейчас возникли хорошие завязки с технократами, есть масса молодежи, которая хочет развивать здесь различные инновационные проекты и т.д.

  • Читайте также: Сергей Мельничук: Милиция «вешает» на «Айдар» преступления

Сейчас наша молодежь, по сути, брошена. И ее могут поднять силы, которые направят ее на благо нашей стране, а может поднять и откровенное дерьмо, которое и воспитает такое же дерьмо. На самом деле, мне больно видеть, когда на фронт в том же Киеве отправляются сотни молодых и здоровых ребят, а в то же время куча молодняка сидит в пивных или игровухах. Либералы могут сказать: это выбор каждого, но на самом деле, это выбор, который дает наше общество. Мы хотим дать альтернативу.

Так вы о такой альтернативе уже сказали: или фронт, или паб.

Мы хотим дать что-то среднее. Далеко не все люди могут воевать, для этого надо иметь особый склад психики. Но те, кто не воюет, должны получить возможность направить свою энергию в правильное и конструктивное русло. 

Против миграции

«Принципами «Патриота Украины» являются «социальность, расовость, великодержавность», об этом написано в одной статье пятилетней давности под вашим авторством. Вы и сейчас исповедуете аналогичные принципы, особенно интересуют вопросы «расовости» и «великодержавности»?

Существует приоритетность вопросов. Сейчас главный вопрос, который стоит перед нами и нас всех объединяет – вопрос жизни и смерти Украины. Остальные вопросы второ- и третьестепенны.

Теперь о документах «Патриота Украины» или Социал-национальной ассамблеи, которая официально никогда не существовала. Могу вас заверить, что существует множество «околопатриотовской» литературы, но вы вряд ли видели оригинальные программные документы Патриота Украины.

Тем не менее, как минимум, расовому вопросу всегда уделялось большое внимание в ультраправом движении, с этим нельзя спорить.

Если вы меня спросите о моем отношении к вопросу миграции, то это отношение стало еще более скептичным после того, как я попал на фронт.

Почему?

У любой национальности есть определенный порог ассимиляции. Сейчас в Донбассе мы имеем дело с тем самым «советским народом», о котором так много говорили в СССР. Оказалось, что этой народ действительно существует, и составляет до 30% численности жителей Востока. То есть там живут украинцы, русские, узбеки, татары и т.д., и в то же время живут «совки», среди которых есть люди самого разного этнического происхождения. Этих людей оказалось много, они были расселены компактно, их подогревало российское ТВ, и мы просто не смогли пробиться в их замкнутую среду, не смогли сделать их украинцами, как сделали украинцами многих белорусов, русских, армян и т.д.

В моем батальоне воюют люди самых разных национальностей, и именно потому я скептически отношусь к миграции. Если ты хочешь стать частью украинского общества, будь добр, докажи, что ты этому обществу искренне предан и полезен.

Но не все ведь могут пойти на войну.

Для этого далеко не обязательно воевать, хотя это, конечно, самый яркий пример. Есть люди, которые могут сделать другой существенный вклад: ученые, толковые предприниматели и т.д.

А тот, кто просто убегает к нам от войны, к примеру, из Сомали?

Мне это глубоко непонятно и противно. Еще в начале своего пути комбата я общался с одним бывшим командиром Народной армии Карабаха. Он был армянином из французской диаспоры, его предки прожили в Франции несколько сот лет, но при этом сохранили свою культуру. В начале карабахского конфликта он вернулся на свою историческую родину, чтобы воевать за Армению. Он сказал мне: самым обидным было то, как он и тысячи других армян специально приезжали из богатых цивилизованных стран воевать за родину, а в это же время множество здоровых армянских мужиков спешно паковали вещи и убегали в ту же мирную Украину.

«Задание нынешнего поколения создать Третью империю – Великую Украину», — пишите вы в упомянутой выше статье. Вы и сейчас собираетесь создавать «Украинскую империю»?

После этой цитаты я уже очень не уверен, что это мой текст. Я верю в науку, которая называется «геополитикой». И в геополитику верят во всех странах, которые ведут грамотную внешнюю политику.

  • Читайте также: Слишком народный депутат. Зачем сотник Парасюк штурмует Раду

Геополитика говорит нам о следующем: Украина может существовать в трех вариантах. Мы находимся на краю двух платформ: России как воплощения евразийства, вобравшего в себя самое худшее и от европейской и от азиатской цивилизации, и собственно Европы. Потому мы можем быть или окраиной Европы, или западным форпостом России, или условной «Киевской Русью» — т.е. центром притяжения для всех восточноевропейских стран.

Это должен быть отдельный блок, в котором Украине уготована роль лидера?

Это будет отдельный блок, безусловно, дружественный Европе, может даже в каком-то формате с членством в Евросоюзе. Я вижу его в треугольнике «страны Балтии – Грузия – Балканы». Во всех этих странах мы можем найти наших друзей.

И Украина может стать региональным лидером. Что формирует лидера: мощная экономика, мощная внешняя политика, мощная военная машина, что в комплексе позволяет структурировать вокруг себя ряд дружественных стран. Речь ни в коем случае не может идти о военной агрессии и территориальной экспансии. Но другого пути, кроме регионального лидерства, у нас нет.

После победы

Если спросить любого постмайдановского политика, за что он борется, большинство ответят: «за независимую, европейскую, демократическую Украину». Вы воюете за независимую Украину, свои взгляды на внешнюю политику только что изложили. А как обстоят дела с «демократической Украиной»? «Патриот Украины» и близкие по духу организации как раз заявляли о себе как о противниках либеральной демократии.

Я не считаю существующую в Украине демократию настоящей демократией. Это – охлократия, это – олигократия, но никак не демократия. Я верю в народовластие, но в нынешней системе есть несколько просто отвратительных черт.

В частности, это отсутствие нормальной иерархии и нормальной ответственности, что всех устраивает. Власть все просчеты списывает на оппозицию, оппозиция критикует власть, президент обычно обвиняет во всем парламент, правительство – аналогично, а парламент обвиняет всех вокруг себя.

Вторая проблема – у нас слишком много партий, даже крупных. Потому у нас могут случаться казусы типа Олега Ляшко, которые в другой стране были бы национальным позором.

Есть в мире такое государство, чья политическая система вам импонирует?

Намного более здоровой, чем украинская, является, например, система власти в США. И  Демократическая, и Республиканская партии имеют примерно схожее мнение о том, что такое Америка, как она должна развиваться и где ее место в мире. Все основано на капитализме, правах человека, независимой судебной системе и диктатуре закона, агрессивной внешней политике. Дискуссия идет лишь о деталях, например, о медицинской системе: должно ли за все платить государство, или же сами граждане, а если граждане, то все или только богатые и т.п.

  • Читайте также: Комбат «Чернигова» Пыцкив: Зиму придется отстоять в Донбассе

Еще одна проблема Украины состоит в том, что мы неспособны к долговременному усилию, все рассчитывается на один избирательный цикл, на четыре-пять лет. А в США любой президент, несмотря на свои чудовищные полномочия, является прежде всего человеком партии, и партия никогда не позволят ему свести в ноль партийное будущее ради своих личных целей. И там может быть долговременная стратегия, например, есть цель достичь энергетической независимости – Барак Обама добивался этого восемь лет, и его преемник будет дальше добиваться, даже если будет республиканцем.

Некоторые государственные проекты надо проводить десятилетиями, например, украинизацию. А у нас все смотрят только на рейтинги – где-то чуть-чуть прижали, рейтинг просел, и всё – отпустили назад.

Общество как-то может влиять на это? Мы же видим, что в работе органов власти после Майдана, по большому счету, ничего не поменялось.

Я думаю, что все пассионарные, созидательные силы общества сосредоточены либо непосредственно на фронте, либо на помощи фронту. Это те единицы, которые могут вести за собой сотни. Когда мы победим, а мы победим обязательно, эти люди обернутся лицом к проблемам внутренним, и изменения начнутся.

А когда мы победим? И, главное, как?

Есть два варианта развития событий. Первый, более легкий для нас: западные санкции нанесут реальный вред российской экономике, запылают внутренние очаги напряжения, которых в РФ великое множество, и Путину просто станет не до нас. Тогда, оставшись без реальной поддержки со стороны России, военным путем мы сможем разбить боевиков за два-три месяца.

Второй сценарий – Россия будет и дальше провоцировать внутреннее напряжение в Украине, какие-то штурмы и захваты админзданий и т.д. В таком формате, как сейчас, оккупированные территории существовать не могут: разрушенная экономика и инфраструктура и очень высокая плотность населения. Потому они и дальше будут пытаться лезть куда-то к Харькову, к Мариуполю и т.д. Я не хочу пугать украинцев, но если мы хотим мира, надо готовиться к войне. 

http://focus.ua/country/318261/