Выборы-2014: битва за выживание

Forbes заканчивает публиковать цикл авторских колонок Дмитрия Джангирова о расстановке сил в украинском политикуме по итогам избрания нового парламента. Эксперт уже писал о вероятных причинах прорыва на внеочередных парламентских выборах политсилы Арсения Яценюка и условного поражения Блока Петра Порошенко. Рассматривался и вопрос определения третьего коалицианта, голоса которого необходимы для формирования большинства. На очереди – обзор политических партий, оказавшихся по итогам голосования «за бортом» сессионного зала. Итак, кто они – аутсайдеры нынешней гонки, и что помешало им преодолеть проходной барьер?


Митинг ВО «Свободы» возле здания ЦИКа

Украинское Фото

В условиях жесткой конкуренции большого количества политических сил в достаточно узких электоральных нишах на фоне нестойких электоральных предпочтений для многих успех определял 5%-ный барьер, а неудача носила абсолютный характер. В рамках конкуренции между условными «партиями Майдана» такими «абсолютными» неудачниками оказались ВО «Свобода» и «Гражданская позиция» Анатолия Гриценко.

В 2012 году в среде оппозиционного электората был большой общественный запрос на силу, бескомпромиссно противостоящую Партии регионов. Этот запрос исчез вместе с ПР. Кроме того, в рамках Майдана ВО «Свобода» явно не дотягивала до уровня «революционных ожиданий» своих сторонников

Поражение ВО «Свобода», получившей в октябре 2012 года сенсационные 10,44% голосов, несмотря на, казалось бы, минимальную «недостачу» (4,71%), носит катастрофический характер. Дело в том, что в октябре 2014 года вне электорального пространства оказались наиболее антинационалистические регионы – Крым с Севастополем и большая часть Донбасса. Добавьте сюда низкую явку в части Донбасса, находящейся под контролем Киева, а также в Харьковской и Одесской областях: все эти факторы повышали процентный результат ВО «Свобода», но оказались неспособными компенсировать 3-кратное уменьшение избирателей, голосующих за националистов.

В числе объективных можно назвать несколько причин. Прежде всего, в 2012 году в среде оппозиционного электората был большой общественный запрос на силу, бескомпромиссно противостоящую Партии регионов. Этот запрос исчез вместе с ПР. Кроме того, в рамках Майдана ВО «Свобода» явно не дотягивала до уровня «революционных ожиданий» своих сторонников.

Не прибавили электоральных «очков» националистам и назначенцы по их квоте; в первую очередь речь идет об экс-генпрокуроре Олеге Махницком и главе НБУ Степане Кубиве, чья деятельность сопровождалась громкими коррупционными скандалами. В целом за два года парламентской деятельности харизма бескомпромиссности националистов заметно померкла.

Как уже говорилось, ВО «Свобода» утратила очень важную нишу – «своя партия» для Галичины. В первую очередь – ввиду неэффективного управления регионом чиновниками и депутатами-«свободовцами». Показательны катастрофические провалы в своих мажоритарных округах Ирины Фарион (3-е место с 16% против 68% в 2012-м), Ирины Сех (4-е место с 14% против 65% в 2012-м), Андрея Тягнибока – брата лидера партии (3-е место с 17% против 36% в 2012-м).

Но смертельный удар ВО «Свобода» нанес «Правый сектор», набравший 1,8%, при этом, преимущественно, в базовых регионах националистов – Галичине, Волыни, Киеве.

Поражение «Гражданской позиции» Анатолия Гриценко стало абсолютно естественным, хотя до начала кампании ее рейтинги заметно превышали электоральный барьер. При всем упрощении, образ «настоящего полковника» как «Ляшко для людей с высшим образованием» достаточно точно определяет нишу «Гражданской позиции»

Что касается рекламной кампании, то поле национал-патриотизма оказалось на этот раз сверхконкурентным, в первую очередь – за счет перехода на эти позиции «Народного фронта» Арсения Яценюка. Попытка эксплуатировать экономические темы (например, налоги) оказалась неубедительной.

Поражение «Гражданской позиции» Анатолия Гриценко стало абсолютно естественным, хотя до начала кампании ее рейтинги заметно превышали электоральный барьер. При всем упрощении, образ «настоящего полковника» как «Ляшко для людей с высшим образованием» достаточно точно определяет нишу «Гражданской позиции».

При этом двукратное падение рейтинга РПЛ произошло под влиянием массированной кампании черного пиара, а для «Гражданской позиции», в силу намного меньшей харизмы лидера, вполне достаточным для аналогичного падения оказалось ужесточение политической конкуренции.

«Народный фронт» выглядел намного убедительнее ГП в «милитаристской» риторике, «Самопомощь» – в реформаторской. Определенную роль сыграло и скромное финансирование предвыборной кампании, а также неубедительность «новых лиц», идущих в одном списке с Гриценко.

На другом фланге конкуренция шла между условными «партиями реванша» (по определению их политических оппонентов) – Оппозиционным блоком, «Сильной Украиной» Сергея Тигипко и Компартией. С учетом сокращения электоральной территории за счет базовых регионов для этих сил их суммарный потенциал оценивался примерно в 15-17%, так что интригой было – одна или две партии из трех пройдут в ВР.

Успех Оппозиционного блока подтвердил репутацию Сергея Левочкина как мастера политпроектов: за шесть недель рейтинг этой силы вырос с нуля до 9,4%. Верным технологическим ходом стало не открещиваться от ярлыков, наклеиваемых оппонентами; сильным и, главное – услышанным! – стал месседж «Оппозиционный блок – голос Юго-Востока». А также вновь подтвердилась пропагандистская сила телеканала «Интер» для целевой аудитории.

Успех Оппозиционного блока подтвердил репутацию Сергея Левочкина как мастера политпроектов: за шесть недель рейтинг этой силы вырос с нуля до 9,4%. Верным технологическим ходом стало не открещиваться от ярлыков, наклеиваемых оппонентами; сильным и, главное – услышанным! – стал месседж «Оппозиционный блок – голос Юго-Востока»

В то же время «Сильная Украина» Сергея Тигипко попыталась позиционировать себя как проевропейская оппозиционная партия Юго-Востока. При наличии столь сильного конкурента в лице Оппозиционного блока эта ниша оказалась слишком малочисленной – 3,11%.

Что касается КПУ, то ее электоральные потери от сокращения территории, на которой проводится голосование, оказались критичными – одни базовые регионы не принимали участия в выборах, в других была низкая явка.

Кроме того, именно по КПУ существовала жесткая установка как президента, так и главы МВД – «не пускать»: и против коммунистов была развернута жесткая кампания угроз и запугивания.   

http://forbes.ua/opinions/1382064-vybory-2014-bitva-za-vyzhivanie